Снова сон, векам знакомый! Где-то там, в небесной сфере, Повернулось колесо, Вновь, как древле, Одиссея,
Дея чары и слабея Дрожью медленной истомы, В сталактитовой пещере Молит нимфа Калипсо.
Девы моря, стоя строем, На свирелях песню ладят, Запад пурпуром закрыт; Мореход неутомимо Ищет с родины хоть дыма; А богиня пред героем То сгибается, то сядет, Просит, плачет, говорит:
«Муж отважный, посмотри же! Эти груди, плечи, руки, — В мире радостном, – даны Лишь бессмертным, лишь богиням, Губы в ласке теплой сдвинем, Телом всем прильни поближе, Близ меня ль страдать в разлуке С темным теремом жены?»
Но скиталец хитроумный, Как от грубого фракийца, Лик свой, в пышности седин, — От соблазнов клонит строже... Ах, ему ли страшно ложе? Но он видит – праздник шумный, Где в дверях отцеубийца, — Калипсо прекрасный сын!