Николай Некрасов. Признания труженика
ПРИЗНАНИЯ ТРУЖЕНИКА
По моей громадной толщине
Люди ложно судят обо мне.
Помню, раз четыре господина
Говорили:"Вот идет скотина!
Видно, нет заботы никакой -
С каждым годом прет его горой!"
Я совсем не так благополучен,
Как румян и шаровидно тучен;
Дочитав рассказ мой до конца,
Содрогнутся многие сердца!
Для поддержки бренной плоти нужен
Мне обед достаточный и ужин,
И чтоб к ним себя приготовлять,
Должен я – гулять, гулять, гулять!
Чуть проснусь, не выпив чашки чаю,
"Одевай!" – командую Минаю
(Адски луп и копотлив Минай,
Да зато повязывать мне шею
Допускать его я не робею:
Предан мне безмерно негодяй…)
Как пройду я первые ступени,
Подогнутся слабые колени;
Стукотня ужасная в висках,
Пот на лбу и слезы на глазах.
Словно кто свистит и дует в ухо,
И, как волны в бурю, ходит брюхо!
Отошедши несколько шагов,
Я совсем разбит и нездоров;
Сел бы в грязь, так жутко и так тяжко,
Да грозит чудовище Кондрашка
И твердит, как Вечному Жиду,
Всё: "Иди, иди, иди!.." Иду..
Кажется, я очень авантажен:
Хорошо одет и напомажен,
Трость в руке и шляпа набекрень…
А терплю насмешки целый день!
Из кареты высунется дама
И в лицо мне засмеется прямо,
Крикнет школьник с хохотом :"Ура!
Посмотрите: катится гора!.."
А дурак лакей, за мной шагая,
Уваженье к барину теряя,
Так и прыснет!.. Праздный балагур
Срисовать в альбом карикатур
Норовит, рекомендуя дамам
Любоваться "сим гиппопотамом"!
Кучера по-своему острят:
"Этому, – мерзавцы говорят,-
Если б в брюхо и попало дышло,
Так насквозь, оно бы, чай, не вышло?.."
Так, извне, насмешками язвим,
Изнутри изжогою палим,
Я бреду… Пальто, бурнусы, шляпки,
Смех мужчин и дам нарядных тряпки,
Экипажи, вывески, – друзья,
Ничего не замечаю я!..
Наконец.. Счастливая минута!..
Скоро пять – неведомо откуда
Силы вдруг возьмутся… Как зефир,
Я лечу домой, или в трактир,
Или в клуб… Теперь я жив и молод,
Я легок: я ощущаю голод!..
Ах, поверьте, счастие не в том,
Чтоб блистать чинами и умом,
Наше счастье бродит меж холмами
В бурой шкуре, с дюжими рогами!..
Впрочем, мне распространяться лень…
Дней моих хранительная сень,
Здравствуй, клуб!.. Почти еще ребенок,
В первый раз, и сухощав и тонок,
По твоим ступеням я всходил:
Ты меня взлелеял и вскормил!
Честь тебе, твоим здоровым блюдам! ..
Если кто тебя помянет худом,
Не сердись, не уличай во лжи:
На меня безмолвно укажи!
Уголок спокойный и отрадный!
Сколько раз, в час бури беспощадной,
Думал я, дремля у камелька:
"Жизнь моя приятна и легка.
Кто-нибудь теперь от стужи стонет,
Кто-нибудь в сердитом море тонет,
Кто-нибудь дрожит… а надо мной
Ветерок не пролетит сквозной…
Скольких ты пригрел и успокоил
И в объеме, как меня, утроил!
Для какого множества людей
Заменил семейство и друзей!…"
…………………….
Октябрь 1854, 1874
Люди ложно судят обо мне.
Помню, раз четыре господина
Говорили:"Вот идет скотина!
Видно, нет заботы никакой -
С каждым годом прет его горой!"
Я совсем не так благополучен,
Как румян и шаровидно тучен;
Дочитав рассказ мой до конца,
Содрогнутся многие сердца!
Для поддержки бренной плоти нужен
Мне обед достаточный и ужин,
И чтоб к ним себя приготовлять,
Должен я – гулять, гулять, гулять!
Чуть проснусь, не выпив чашки чаю,
"Одевай!" – командую Минаю
(Адски луп и копотлив Минай,
Да зато повязывать мне шею
Допускать его я не робею:
Предан мне безмерно негодяй…)
Как пройду я первые ступени,
Подогнутся слабые колени;
Стукотня ужасная в висках,
Пот на лбу и слезы на глазах.
Словно кто свистит и дует в ухо,
И, как волны в бурю, ходит брюхо!
Отошедши несколько шагов,
Я совсем разбит и нездоров;
Сел бы в грязь, так жутко и так тяжко,
Да грозит чудовище Кондрашка
И твердит, как Вечному Жиду,
Всё: "Иди, иди, иди!.." Иду..
Кажется, я очень авантажен:
Хорошо одет и напомажен,
Трость в руке и шляпа набекрень…
А терплю насмешки целый день!
Из кареты высунется дама
И в лицо мне засмеется прямо,
Крикнет школьник с хохотом :"Ура!
Посмотрите: катится гора!.."
А дурак лакей, за мной шагая,
Уваженье к барину теряя,
Так и прыснет!.. Праздный балагур
Срисовать в альбом карикатур
Норовит, рекомендуя дамам
Любоваться "сим гиппопотамом"!
Кучера по-своему острят:
"Этому, – мерзавцы говорят,-
Если б в брюхо и попало дышло,
Так насквозь, оно бы, чай, не вышло?.."
Так, извне, насмешками язвим,
Изнутри изжогою палим,
Я бреду… Пальто, бурнусы, шляпки,
Смех мужчин и дам нарядных тряпки,
Экипажи, вывески, – друзья,
Ничего не замечаю я!..
Наконец.. Счастливая минута!..
Скоро пять – неведомо откуда
Силы вдруг возьмутся… Как зефир,
Я лечу домой, или в трактир,
Или в клуб… Теперь я жив и молод,
Я легок: я ощущаю голод!..
Ах, поверьте, счастие не в том,
Чтоб блистать чинами и умом,
Наше счастье бродит меж холмами
В бурой шкуре, с дюжими рогами!..
Впрочем, мне распространяться лень…
Дней моих хранительная сень,
Здравствуй, клуб!.. Почти еще ребенок,
В первый раз, и сухощав и тонок,
По твоим ступеням я всходил:
Ты меня взлелеял и вскормил!
Честь тебе, твоим здоровым блюдам! ..
Если кто тебя помянет худом,
Не сердись, не уличай во лжи:
На меня безмолвно укажи!
Уголок спокойный и отрадный!
Сколько раз, в час бури беспощадной,
Думал я, дремля у камелька:
"Жизнь моя приятна и легка.
Кто-нибудь теперь от стужи стонет,
Кто-нибудь в сердитом море тонет,
Кто-нибудь дрожит… а надо мной
Ветерок не пролетит сквозной…
Скольких ты пригрел и успокоил
И в объеме, как меня, утроил!
Для какого множества людей
Заменил семейство и друзей!…"
…………………….
Октябрь 1854, 1874