Игорь Северянин. Олава.

   Метелит черемуха нынче с утра
   Пахучею стужею в терем.
   Стеклянно гуторят пороги Днепра,
   И в сердце нет места потерям,-
   Варяжское сердце соловкой поет:
   Сегодня Руальд за Олавой придет.
   А первопрестольного Киева князь,
   Державный гуляка Владимир,
   Схватился с медведем, под зверем склонясь,
   Окутанный в шерсти, как в дыме.
   Раскатами топа вздрожала земля:
   На вызвол к Владимиру скачет Илья.
   А следом Алеша Попович спешит,
   С ним рядом Добрыня Никитич.
   – Дозволим ли, – спрашивают от души: -
   Очам Красно-Солнечным вытечь?-
   И рушат рогатиной зверя все три -
   Руси легендарные богатыри.
   Но в сердце не могут, хоть тресни, попасть.
   Не могут – и все! Что ты скажешь!
   Рогатины лезут то в брюхо, то в пасть,
   И мечется зверь в смертном раже.
   – А штоб тебя, ворог!.. – Рев. Хрипы. И кряк.
   Вдруг в битву вступает прохожий варяг.
   И в сердце Олавином смолк соловей:
   Предчувствует горе Олава -
   За князя Руальд, ненавистного ей,
   Жизнь отдал, – печальная слава!
   И вьюгу черемуха мечет в окно,
   И ткет погребальное ей полотно…
   1929