Краткое содержание - Очарованный странник

Повесть Николая Семеновича Лескова "Очарованный странник" в кратком содержании. 

«Очарованный странник» — повесть, написанная в 1872–1873 годах. Входит в цикл «Праведники». Неназванный рассказчик и его друг встречают на пароходе незнакомца в рясе с внешностью былинного богатыря. Тот им рассказывает свою жизнь.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ

СЛУШАТЬ АУДИОКНИГУ

Глава 1

Ладожское озеро. Пассажиры парохода (среди них рассказчик) на пути к Валааму. На острове Коневец садится инок из монастыря, 52-летний Иван Северьяныч Флягин, смуглый с проседью «добрый русский богатырь», как Илья Муромец. Все обсуждают бедный островок Корела, где только с тоски вешаться.

Пассажиру-«философу» такая смерть не хуже прочих, а для купца – грех. Флягин утешает: есть и за таких горемык молитвенник. Один пьющий попик под Москвой. Хотели его из храма выгнать, да души самоубийц и сам преподобный Сергий Радонежский за него перед митрополитом Филаретом заступились.

Флягин делится с людьми, как шел к своему призванию. «Всю жизнь свою я погибал, и никак не мог погибнуть». Был у него с детства дар – укрощать лошадей. Он и на службе был при лошадях – конэсером.

Глава 2

Иван – ребенок, вымоленный матерью. Она обещала сына Богу, и умерла после родов. Отец его крепостной кучер орловского графа. Младенца прозвали Голован: такой большой была его голова. С детства он «возлюбил коня», умел смирять самых свободных, злых лошадей. Некоторые умирали, не поддаваясь, другие становились гордостью хозяина.

Как-то Голован, еще мальчишка, вез барина, нагнал воз и из озорства хлестнул кнутом спящего монаха «с бабьим лицом». А тот упал под колесо – и умер. Потом являлся Ивану, звал в монастырь, чтобы избежать бед.

Однажды Иван спас жизнь барину и его семье. Повиснув на дышле, остановил экипаж. А сам с конями кувыркнулся с обрыва. Но не пострадал. А в награду взял себе гармошку, чем насмешил графа.

Глава 3

Завел Иван себе пару голубей. Не успел на голубят полюбоваться, как их перетаскала кошка. Чтоб неповадно было, он ей хвостик отсек и прибил над окошком. За кошку горничной немец-управляющий велел его высечь. А после Иван должен был на коленках стоять да дробить камешки для садовых дорожек. Обиделся парень, спаситель графа, и повесился. Мимо шел цыган и успел веревку обрезать. И пошел Иван с ним «в разбойники».

Глава 4

Нехотя, но украл для цыгана коней из конюшни графа. Тот деньги за коней взял себе, а Ивану дал рублик. И пошел парень выдать себя, что беглый. Но писарь за рублик и крест с шеи выписал ему фальшивый паспорт и отправил искать работу в Николаев. Один барин (жена у него сбежала с офицером) нанял его в няньки дочке: голубяток жалел, и ребенка, значит, тоже. Так и вышло. А тут объявилась тайком мать девочки, в слезы, а Иван «воспитомку» свою ей не отдает. Пусть сбежала она не от хорошей жизни – ему какое дело.

Глава 5

И за тысячу рублей улану ребенка не отдал, да еще от скуки побил его. А как увидел вдали барина с пистолетом – сжалился. Убегали все вместе, и Иван с ними. Он бы и совсем при семье этой остался, да нельзя беглому при офицере жить. Денег дали ему с собой. И опять пошел Иван донести на себя, да попал по пути на конную ярмарку, где лучший товар – у степного хана Джангара. За одну кобылицу киргиз Чепкун не только кучу денег дал, но и высек нагайкой конкурента Бакшея.

Глава 6

А потом за жеребенка, как птицу, 23-летний Иван от скуки сел «сечься» с татарином Савакиреем. Тот сдаваться не захотел – запорол его парень до смерти. Конь тому самому знакомому улану отошел. Прячась от полиции, Иван скрылся в степи с татарами. Стал лекарем у баб. Травой лечил. Двух жен ему дали, одна девчонка совсем. Тоскуя по Родине, он бежал. И татары его «подщетинили»: набили в пятки конского волоса, а когда ноги зажили, он от боли мог ходить только «враскорячку».

Глава 7

Через 5 лет Ивана забрал в свою орду Агашимола. Опять жен дали. А у него и в той орде дети осталось. Ясно, что некрещенные все, татарчата, одним словом. Так еще года 4 прошло. А Иван, этот «очарованный богатырь», все плачет по России, детство, деревню вспоминает, батюшку, праздники.

Глава 8

Пришли в орду проповедовать два русских миссионера. Пленнику Ивану сказали терпеть, а сами дальше пошли. Только татары веру менять не спешили, а одного из них убили. Второй тоже пропал. Выходит, оба мучениками стали.

Глава 9

Два торговца из Хивы пугали татар индийским «богом» Талафой, если не отдадут им коней. И запустили «огонь». Удирая от татар, они бросили ящик с фейерверками. Иван их стал запускать, приводя татар в ужас. Тогда он всех их и покрестил. А сам растравил пятки едкой землей из ящика – вся щетина и вышла. Припугнул татар – и бежать! Спустя 10 лет очутился на свободе. Первыми увидел рыбачков. «Крестятся и водку пьют, ну, значит, русские!»

Допился Иван до того, что был пойман и отправлен к хозяину, старенькому графу. Там его не раз высекли, к причастию в храме не пустили, но паспорт дали.

Глава 10

Иван Северьяныч прославился на конной ярмарке: все уловки цыган-барышников видел насквозь. Люди платили ему за помощь в выборе. Тогда его взял к себе конэсером один князь. Три года были они как друзья. Иван удерживал князя от игры в карты на деньги, а князь его терпел в запоях.

Глава 11

Вытребовал как-то князь к себе Дидону, любимицу Ивана. Флягин без лошадки загрустил. Но от запоя держался изо всех сил. В трактире за чаем встретил выпивоху из благородных, магнетизера. Тот не только обещал снять с Ивана запойную страсть, но и доказать, что «краса природы совершенство» вовсе не лошадь, а женщина.

Глава 12

Оба напились. А потом этот «черт» будто в голову, в глаза к Ивану влез. Напоследок дал ему сахарку и как куда-то провалился.

Глава 13

Не зная пути, попал Иван Северьяныч к цыганам. И там его впервые как обожгла женская красота. Заслушался пения цыганки Груши, засмотрелся в ее очи. Деньги князя, что берег, все ей отдал, как божеству какому.

Глава 14

С тех пор Иван, действительно, не пил. Вернувшийся князь не стал его наказывать за деньги. Он сам еще больше за ту цыганку отдал, обеднел, но к себе ее привез. Словом, оба «артисты», оба хороши. Только князь быстро остыл к «дуре» Груше.

Глава 15

Заскучавший князь ищет себе дела, а потом навещает Евгенью Семеновну, даму, с которой он когда-то жил. У них и дочка есть.

Глава 16

Князь дом заложил Евгеньи Семеновны (ведь дом – его подарок), чтоб фабрику открыть. А Грушу с Иваном решил поженить. И сам задумал на богатой жениться. Обидно Ивану за Грушу. И страшно. В один из дней князь уехал с Грушей кататься, а вернулся один. Иван уже в убийстве его заподозрил. Но Груша пряталась в лесу.

Глава 17

Груня «родная», «сиротиночка», «сестрица» вся извелась от ревности. Готова жену князя убить, и себя – вместе с ребенком.

Глава 18

Узнал Иван, что князь завез цыганку в лесную избушку, сдал под надзор. Но она сбежала оттуда. И берет с Ивана Северьяныча клятву, что исполнит он ее последнее желанье. Чтобы зарезал он ее. Он, кто ее и в самом деле любил. Нож он не взял, но с дрожью столкнул ее с обрыва в реку.

Глава 19

Иван встретился на дороге со стариками. Чтобы скрыться, пошел в рекруты (солдаты) заместо Петра Сердюкова, их сына. Деньги отдал в монастырь на помин пропащей души Грушеньки. Мечтал он на Кавказе умереть за веру. Да вышло иначе: больше 15 лет он там воевал, а все жив. Раз вызвался, как имеющий смертный грех убийства на душе, под огнем татар (горцев) перебросить канат с берега на берег. Так весь путь юная душа Груши берегла его от пуль крылами. В отставку вышел он с наградой и офицером.

Да вот беда: службы ему не нашлось. И кучером не брали. Пошел в балаган демона изображать, подрался с одним развратником, да оттуда прямиком в монастырь подался. Здесь он отец Измаил, и снова кучер. Здесь не верят, что этот «очарованный странник» из крепостных, и убийца какой-то цыганки.

Глава 20

Пассажиры парохода подплывают к монастырю. Иван Северьяныч объясняет, что блудного беса одолел постом и молитвой. А бесенята и сейчас под руки толкают. Раз корову среди ночи зашиб, не разобравшись. Потом свечи с подсвечника стали у него падать, он сгоряча все их сбросил. За что был посажен в яму. Еще и соль молол там. И стал плакать «за народ свой русский» и пророчествовать о гибели Родины от врагов, войне. «За народ очень помереть хочется». Вот и отпустили его, «добряка или помешанного», или и впрямь пророка, столько раз битого, но не добитого, в паломничество в монастырь. Пассажиры дивятся простоте и жертвенности души странника.

Читательский дневник по повести «Очарованный странник» Лескова

Сюжет

На пароходе до Валаама среди пассажиров 52-летний инок-богатырь Иван Северьяныч Флягин. Рано умершей матерью он был обещан Богу, но в монастырь попал недавно, после многих испытаний. Сам он из крепостных орловского графа, кучер, как и отец. С даром укрощать самых строптивых коней. Мальчишкой он стегнул спящего на возу монаха кнутом, тот свалился и умер. И стал в снах манить его в монастырь. И началось: хотя Иван спас от паденья с обрыва экипаж хозяина, но был наказан за кошку горничной. Хотел повеситься, да цыган помешал. И стал Иван беглым крепостным.

Был в няньках у дочки одного барина, да сжалился над ее матерью и ее любимым офицером, отдал им ребенка. А сам на 10 лет попал в плен к степным татарам. Все эти годы тосковал по Родине. Сбежал, был возвращен хозяину-графу, выпорот. А после стал конэсером у одного князя, заведовал покупкой лошадей. Тогда-то его от пьянства излечил магнетизер. Он же открыл ему глаза, что краса не в лошади, а в женщине. На пару с князем влюбился Иван в цыганку Грушу. Только князь ее скоро бросил, женился. Она упросила Ивана убить ее. Он столкнул ее в реку.

А сам за чужого крестьянского сына Петра Сердюкова пошел в солдаты на Кавказ. Через 15 лет, так и не погибнув, как хотел, вышел в отставку офицером. Места себе не нашел, был артистом в балагане, подрался – и ушел в монастырь. Раз посадили его в яму за мелкую провинность. А душа «очарованного странника» за русский народ болит, хочется ему за него умереть, Родину спасти. Вот его и отправили в паломничество, чтоб отвлекся от своих дум и пророчеств.

Отзыв

Повесть о пути простой, искренней, самоотверженной русской души. Крепостной человек, бесправный, любит Родину и народ, готов за них пострадать. В страннике, праведнике развито чувство прекрасного. Он добр, жалостлив, терпелив, находчив, верен. Он «очарован», прикипел сердцем к вере отцов, родным краям, природе, людям. Он странник: и путешественник, и богомолец. Странствует и его душа: от удалого мальчишки-кучера, ненароком убившего монаха, до отца Измаила в монастыре. Он пережил много бед, поэтому жалеет и прощает всех. Иван Северьяныч – русский праведник. В нем сошлись все черты русского характера. Повесть учит жить по совести, быть милосердным, благодарным, любить свой народ, искать свое призвание, раскаиваться в своих злых делах, верно служить Богу и Отечеству, помогать друг другу.

Вариант 2 Краткое содержание Лесков Н.С. "Очарованный странник".

Глава 1

Путешествие главного героя охватывает несколько десятилетий XIX века. Место действия: село Г. Орловской губернии, Карачев, Николаев, Пенза, степь (в татарском плену), Астрахань, Кавказ, Петербург, монастырь на Ладожском озере, другие святые места. Путешествуя по Ладожскому озеру на пароходе, путешественники, среди которых был и рассказчик, посетили посёлок Корела. Когда путешествие продолжилось, спутники начали обсуждать этот старинный, но очень бедный русский городок.

Один из собеседников, склонный к философии, заметил, что «неудобных людей» следует отправлять не в Сибирь, а в Корелу — это будет дешевле для государства. Другой сказал, что живший здесь в изгнании дьячок недолго выдержал царящую в Кореле апатию и скуку — повесился. Философ считал, что дьячок правильно сделал — «умер, и концы в воду», но его оппонент, человек религиозный, думал, что самоубийцы мучаются на том свете, потому что здесь за них никто не молится. Неожиданно за дьячка-самоубийцу вступился новый пассажир, молчаливый, могучий, седовласый человек лет пятидесяти в одежде послушника.

Он рассказал о попике из московской епархии, который молится за самоубийц и этим «исправляет их положение» в аду. Из-за пьянства патриарх Филарет хотел расстричь попика, но за того заступился сам преподобный Сергий, дважды явившийся владыке во сне. Затем пассажиры начали расспрашивать богатыря-черноризца о его жизни, и узнали, что тот служил в армии конэсером — выбирал и укрощал армейских лошадей, к которым имел особый подход. По всему было видно, что черноризец прожил длинную и бурную жизнь. Пассажиры упросили его рассказать о себе.

Главы 2−5

Иван Северьяныч Флягин родился крепостным в поместье богатого графа из Орловской губернии. Граф разводил лошадей, а отец Ивана служил при нём кучером. У матери Ивана долго не было детей, и женщина вымолила ребёнка у бога, а сама умерла при родах. Мальчик родился с огромной головой, поэтому дворня звала его Голованом. Раннее детство Иван провёл на конюшне и полюбил лошадей. В одиннадцать лет его посадили форейтором на шестёрку, которой правил его отец. Иван должен был кричать, прогоняя с дороги людей. Зазевавшихся он стегал кнутом. Однажды Иван с отцом везли графа в гости мимо монастыря. Мальчик стегнул кнутом заснувшего в возу монаха. Тот испугался, упал с телеги, лошади понесли, и монаха задавило колёсами.

Ночью Ивану явился убитый им монах, сказал, что Иванова мать не только вымолила его, но и обещала богу, и велел идти в монастырь. Иван не придал значения словам мёртвого монаха, но вскоре случилась его «первая погибель». По дороге в Воронеж упряжка графа вместе с экипажем чуть не рухнула в глубокую пропасть. Иван сумел остановить лошадей, а сам упал под обрыв, но чудом выжил. За спасение своей жизни граф решил наградить Ивана. Вместо того чтобы попроситься в монастырь, мальчик захотел гармошку, играть на которой так и не научился. Вскоре Иван завёл себе пару голубей, от них пошли птенцы, которых повадилась таскать кошка. Иван кошку поймал, высек, отрезал у неё хвост и прибил над своим окном. Кошка принадлежала любимой горничной графини.

Девушка прибежала к Ивану ругаться, тот огрел её «метлою по талии», за что был выпорот на конюшне и сослан дробить камень для садовых дорожек. Иван дробил камень так долго, что у него «на коленках наросты пошли». Надоело ему терпеть насмешки — мол, осудили его за кошкин хвост — и решил Иван повеситься в ближайшем осиновом леске. Только повис он в петле, как невесть откуда взявшийся цыган перерезал верёвку, и предложил Ивану идти с ним в воры. Тот согласился. Чтобы Иван не сорвался с крючка, цыган заставил его украсть лошадей из графской конюшни. Коней продали дорого, но Иван получил только серебряный рубль, поругался с цыганом и решил сдаться властям. Он попал к ушлому писарю. За рубль и серебряный нательный крест тот справил Ивану пропуск и посоветовал идти в Николаев, где было много работы. В Николаеве Иван попал к барину-поляку.

Его жена сбежала с военным, бросив грудную дочь, которую Иван должен был нянчить и кормить козьим молоком. За год Иван привязался к ребёнку. Однажды он заметил, что ножки у девочки «колесом идут». Лекарь сказал, что это «аглицкая болезнь» и посоветовал закапывать ребёнка в тёплый песок. Иван начал носить воспитанницу на берег лимана. Там ему снова привиделся монах, звал его куда-то, показывал большой белый монастырь, степи, «диких людей» и говорил ласково: «Тебе ещё много надо терпеть, а потом достигнешь». Очнувшись, Иван увидел, как незнакомая дама целует его воспитанницу. Дама оказалась матерью девочки.

Забрать ребёнка Иван не позволил, но разрешил им встречаться у лимана втайне от барина. Дама рассказала, что мачеха насильно выдала её замуж. Первого мужа она не любила, а нынешнего любит, потому что с ней он очень ласков. Когда даме пришло время уезжать, она предложила Ивану за девочку большие деньги, но тот отказался, поскольку был человеком «должностным и верным». Тогда явился сожитель дамы, улан. Иван сразу захотел с ним подраться и плюнул на деньги, которые тот давал. «Ничего, кроме телесного огорчения», для себя улан не получил, но деньги поднимать не стал, и этим благородством очень понравился Ивану.

Попытался улан дитя забрать, Иван сперва не дал, а потом увидел, как мать к нему тянется, и сжалился. В этот момент появился барин-поляк с пистолетом, и Ивану пришлось уехать вместе с дамой и уланом, оставив у поляка свой «беззаконный» паспорт. Пензе улан сказал, что он, человек военный, держать у себя беглого крепостного не может, дал Ивану денег и отпустил. Решил Иван в полицию сдаваться, но сначала зашёл в трактир, напился чаю с кренделями, поле чего забрёл на берег Суры. Там хан Джангар, «первый степной коневод» и царь, продавал дивных лошадей. За одну кобылицу два богатых татарина решили биться. Знакомец, с которым Иван чай пил, объяснил ему все тонкости татарской борьбы, и двадцатитрехлетний богатырь захотел поучаствовать.

Главы 6−9

В спор за следующего коня встрял улан. Иван вступил вместо него в бой с татарином и до смерти застегал того плетью. После этого русские хотели Ивана в тюрьму посадить, но татары сжалились над ним и увезли в степь. Прожил Иван в степи десять лет, был у татар за лекаря — лечил лошадей и людей. Соскучившись по родине, хотел уйти, но татары его поймали и «подщитинили»: надрезали кожу на ступнях, набили туда рубленного конского волоса и зашили. Когда всё зажило, Иван не смог нормально ходить — так кололась щетина, пришлось учиться ступать «раскорякой», на щиколотках, и остаться в степи.

Несколько лет Иван прожил в одной орде, где у него была своя юрта, две жены, дети. Потом соседний хан попросил полечить жену и оставил лекаря у себя. Там Иван получил ещё двух жён. К многочисленным детям своим Иван отеческих чувств не испытывал, поскольку были они «некрещёные и миром не мазаны». За десять лет он так и не привык к степям и очень тосковал по дому. Иван часто вспоминал дом, праздничные застолья без опостылевшей конины, отца Илью. Ночью он тихонько уходил в степь и подолгу молился. Со временем Иван отчаялся вернуться на родину и даже молиться перестал — «что же… молить, когда ничего от того не выходит».

Однажды в степях объявилось двое священников — пришли обращать татар в христианство. Попросил Иван попов вызволить его, но те в дела татар вмешиваться отказались. Некоторое время спустя Иван нашёл одного священника мёртвым и похоронил его по-христиански, другой же бесследно пропал. Год спустя появились в орде двое в чалмах и ярких халатах. Пришли они из Хивы лошадей закупать и настраивать татар против русских. Чтобы татары не ограбили их и не убили, они начали пугать народ огненным богом Талафой, который дал им свой огонь. Однажды ночью незнакомцы устроили огненное светопреставление.

Кони испугались и разбежались, а взрослые татары бросились их ловить. В стане остались женщины, старики и дети. Тогда Иван вылез из юрты и понял, что незнакомцы пугали людей обычными фейерверками. Иван нашёл большой запас фейерверков, начал их запускать, и так напугал диких татар, что те согласились креститься. Там же Иван отыскал и «едкую землю», которая «страшно тело палит». Приложил он её к пяткам и притворился больным. За несколько дней ступни разъело, и зашитая в них щетина вышла вместе с гноем. Когда ноги зажили, Иван «для большей ещё острастки самый большой фейверк пустил и ушёл».

Три дня спустя Иван вышел к Каспийскому морю, а оттуда попал в Астрахань, заработал рубль и крепко запил. Очнулся он в тюрьме, откуда его переслали в родное имение. Отец Илья отказался исповедовать и причащать Ивана, поскольку жил он у татар во грехе. Граф, ставший после смерти жены богомольным, не захотел терпеть человека, отлучённого от причастия, выпорол Ивана два раза, отдал паспорт и отпустил.

Главы 10−14

Ушёл Иван из родного имения и попал на ярмарку, где увидел, как цыган пытается продать мужику негодную лошадь. Будучи на цыган в обиде, Иван помог крестьянину. С этого дня он начал ходить по ярмаркам, «руковод­ствовать бедных людей» и постепенно стал грозой всех цыган и барышников. Один князь из военных просил Ивана открыть секрет, по которому он лошадей выбирает. Начал Иван учить князя, как отличить хорошую лошадь, но тот науку усвоить не смог и позвал его служить у себя конэсером.

Три года жил Иван у князя «как друг и помощник», выбирал коней для армии. Иногда князь проигрывался и просил у Ивана казённых денег отыграться, но тот не давал. Князь сначала сердился, а потом благодарил Ивана за верность. Загуливая сам, Иван отдавал деньги князю на сохранение. Однажды князь уехал на ярмарку и вскоре велел прислать туда кобылицу, которая очень нравилась Ивану. От огорчения тому захотелось запить, но некому было оставить казённые деньги.

Несколько дней Ивана «бес томил», пока не помолился он на ранней обедне. После этого ему полегчало, и отправился Иван в трактир чай пить, где повстречал нищего «из благородных». Тот выпрашивал у публики водку и на потеху закусывал её стеклянной рюмкой. Пожалел его Иван, поставил ему графин водки и посоветовал бросить пить. Нищий ответил, что перестать пить ему не позволяют его христианские чувства. Показал нищий Ивану свой дар мгновенно трезветь, который объяснял природным магнетизмом, и посулился снять с него «запойную страсть». Нищий заставил Ивана пить рюмку за рюмкой, делая над каждой пассы руками.

Так «лечился» Иван до вечера, всё время оставаясь в здравом уме и проверяя, целы ли казённые деньги за пазухой. В конце концов, собутыльники поссорились: нищий считал любовь священным чувством, а Иван твердил, что всё это пустяки. Их вышибли из трактира, и нищий привёл Ивана в «гостиное место», полное цыган. В этом доме Ивана очаровала певица, красавица-цыганка Груша, и он бросил к её ногам все казённые деньги.

Главы 15−18

Протрезвев, Иван узнал, что магнетизёр его умер от пьянства, а сам так и остался замагнетизированным и с тех пор водки в рот не брал. Князю он признался, что растратил казну на цыганку, после чего с ним случилась белая горячка.  Выздоровев, Иван узнал, что его князь заложил всё своё имущество, чтобы выкупить из табора красавицу Грушу. Груша быстро полюбила князя, а тот, получив желаемое, начал тяготиться необразованной цыганкой и перестал замечать её красоту. Иван же подружился с Грушей и очень её жалел. Когда цыганка забеременела, князя начала раздражать его бедность.

Он начинал одно дело за другим, но все его «прожекты» приносили одни убытки. Вскоре ревнивая Груша заподозрила, что у князя есть любовница, и послала Ивана в город, разузнать. Иван отправился к бывшей любовнице князя, «секретарской дочке» Евгении Семёновне, от которой у него был ребёнок, и стал невольным свидетелем их разговора. Князь хотел занять у Евгении Семёновны денег, взять в аренду суконную фабрику, прослыть фабрикантом и жениться на богатой наследнице.

Грушу же он собирался выдать замуж за Ивана. Всё ещё любившая князя женщина заложила подаренный им же дом, и вскоре князь посватался к дочери предводителя. Вернувшись с ярмарки, где закупал «у азиатов» образцы тканей и брал заказы, Иван обнаружил, что дом князя обновлён и готов к свадьбе, а Груши нигде нет. Решил Иван, что князь цыганку убил и в лесу закопал. Начал он искать её тело и однажды у реки наткнулся на живую Грушу. Та рассказала, что князь запер её в лесном доме под охраной трёх дюжих девиц, но она от них сбежала. Иван предложил цыганке жить вместе, как сестре с братом, но та отказалась.

Груша боялась, что не выдержит, и погубит невинную душу — невесту князя, и заставила Ивана поклясться страшной клятвой, что он убьёт её, угрожая, что станет «самою стыдной женщиной». Не выдержав, Иван сбросил цыганку с обрыва в реку.

Главы 19−20

Иван убежал и долго скитался, пока Груша, явившаяся в виде девочки с крылышками, не указала ему путь. На этом пути Иван встретил двух стариков, у которых забирали в солдаты единственного сына, и согласился служить вместо него. Старики справили Ивану новые документы, и тот стал Петром Сердюковым. Попав в армию, Иван попросился на Кавказ, чтобы «скорее за веру умереть», и прослужил там больше пятнадцати лет. Однажды отряд Ивана преследовал кавказцев, ушедших за Койсу-реку. Несколько солдат погибло, пытаясь навести через реку мост, и тогда вызвался Иван, решив, что это лучший случай, «чтобы жизнь кончить».

Пока он плыл через реку, его оберегала Груша в виде «отроковицы примерно в шестнадцать лет», от смерти крыльями отгораживала, и Иван вышел на берег невредимым. После он рассказал полковнику о своей жизни, тот послал бумагу узнать, правда ли была убита цыганка Груша. Ему ответили, что убийства не было, а Иван Северяныч Флягин умер в доме у крестьян Сердюковых.

Полковник решил, что у Ивана от опасности и ледяной воды помутился ум, произвёл его в офицеры, отправил в отставку и дал письмо «к одному большому лицу в Петербург». В Питере Ивана устроили «справщиком» в адресный стол, но карьера его не пошла, поскольку досталась ему буква «фита», фамилий на которую встречалось очень мало, и доходу с такой работы почти не было. В кучера Ивана, благородного офицера, не брали, и он пошёл артистом в уличный балаган изображать демона.

Там Иван заступился за молоденькую актрису, и его выгнали. Деться ему было некуда, он пошёл в монастырь и скоро полюбил тамошний жизненный уклад, похожий на армейский. Стал Иван отцом Измаилом, и приставили его к лошадям. Путешественники начали спрашивать, страдает ли Иван «от беса», и тот рассказал, что его искушал бес, прикинувшийся красавицей Грушей. Один старец научил Ивана прогонять беса молитвой, стоя на коленях. Молитвой и постом Иван справился с бесом, но скоро ему начали докучать мелкие бесенята. Из-за них Иван случайно убил монастырскую корову, приняв её ночью за чёрта. За это и другие прегрешения отец игумен на всё лето запер Ивана в погребе и велел молоть соль. В погребе Иван начитался газет, начал пророчествовать, и напророчил скорую войну.

Игумен перевёл его в пустую избу, где Иван и прожил всю зиму. Вызванный к нему лекарь не смог понять, пророк Иван или сумасшедший, и посоветовал пустить его «пробегаться». На пароходе Иван оказался, пробираясь на богомолье. В будущую войну он уверовал крепко и собирался пойти в армию, чтобы «помереть за народ». Рассказав всё это, очарованный странник впал в задумчивость, и пассажиры не решились больше его расспрашивать, ибо о прошлом своём он поведал, а будущее остаётся «в руке сокрывающего судьбы свои от умных и разумных и только иногда открывающего их младенцам». На корабле Голован едет «на богомоление в Соловки к Зосиме и Савватию», чтобы перед смертью им поклониться, а после собирается на войну. «Очарованный странник как бы вновь ощутил на себе наитие вещательного духа и впал в тихую сосредоточенность, которой никто из собеседников не позволил себе прервать ни одним новым вопросом».