Бианки В.В. Оранжевое горлышко. Страница 14
- Чичире! Чичире! Чичире! Чичире!
Это откликались разлетевшиеся во все стороны молодые куропатки.
Через минуту Жаворонок был среди них, и Подковкин рассказывал ему, как Оранжевое Горлышко обманула Охотника.
- Говорил я тебе, что умней Оранжевого Горлышка нигде курочки не сыщешь! Ведь что придумала! Выходит Охотник из дому, а она уж знает.
- Как же она может это знать? - спросил Жаворонок. - Ведь из кустов не видно.
- А очень просто: когда Охотник выходит на охоту, его Рыжий Пёс лает?
- Сигнал-то? Верно, лает!
- Да как ещё громко! Вот Оранжевое Горлышко услыхала и, ни слова не говоря, марш-марш за реку! Мы, конечно, все за ней.
- Через реку? Вот это ловко!
- Ищет, ищет нас Рыжий Пёс на этой стороне: следы наши чует, - а нас нет! Ну, Охотник, тот хитрей, скоро догадался, где мы спрятались. Достал лодку, переехал на этот берег.
- Понимаю, понимаю! - обрадовался Жаворонок. - Он туда, а вы сюда; он сюда, а вы туда! Он ездил, ездил, да и говорит: "Измучили совсем! Лучше я за другими куропатками пойду, которые не такие хитрые".
- Ну да, - сказал Подковкин. - Ему на лодке долго переезжать, а мы порх! - и на том берегу.
Солнце уже зашло, а друзья ещё долго не могли расстаться: всё радовались, как ловко Оранжевое Горлышко сумела провести Охотника.
Как Жаворонок простился с друзьями
и о чём он пел, покидая родину
Давно вспахали трактористы пустые поля, и колхозники опять посеяли рожь и пшеницу.
Высоко в небе, то собираясь углом, то растягиваясь вожжой, летели стаи диких гусей.
Поля опустели. Взрыхлённые мокрые пашни чернели там, где летом шумела высокая рожь.
Но там, где не было ржи, уже взошли и весело блестели шёлковые зеленя.
Всё многочисленное семейство Подковкиных кормилось теперь сладкой травкой зеленей. Ночевали Подковкины в кустах.
Ветродуи-листодёры срывали последние листья с кустов и деревьев.
Настала пора Жаворонку улетать в далёкие тёплые страны. И он отыскал Подковкиных в зеленях, чтобы проститься с ними.
Целое стадо, целое Большое Стадо полевых петушков и курочек с весёлым криком окружило его. В стаде было сто или, может быть, тысяча куропаток. Не сразу отыскал Жаворонок среди них Оранжевое Горлышко и Подковкина: все молодые куропаточки стали уже ростом с родителей, все были нарядно одеты. У всех на груди были подковки вкусного шоколадного цвета. У всех щёки и горлышки стали оранжевые, бровки красные, грудки голубые, хвостики рыжие. И только приглядевшись, Жаворонок рассмотрел, что у молодых куропаточек ножки зеленоватые, а у взрослых - желтоватые.
- Что я тебе говорил! - закричал Подковкин, подбегая к Жаворонку. - Вот собирается Большое Стадо, и кто же в нём старшая курочка? Конечно, Оранжевое Горлышко!
Но Оранжевое Горлышко сейчас же перебила его.
Она спросила:
- Вы улетаете от нас в далёкие края? Ах, как там, верно, красиво, как тепло, хорошо!
Жаворонок грустно покачал головой:
- Не очень-то хорошо. Тепло там, это верно. Но никто из нас, певчих перелётных, не вздумает там петь, никто там не завьёт гнёздышка, не выведет птенчиков. И страшно там!
- Почему же страшно? - удивилась Оранжевое Горлышко.
- Там, в тех чужих краях, даже нас, жаворонков, считают дичью. Там охотятся за нами с собаками и ружьями. Там ловят нас сетями. Там жарят нас на сковородках, - много-много надо жаворонков на одну сковородку. Нас жарят на сковородках и едят!
- Ах, какой ужас! - в одно слово вскрикнули Оранжевое Горлышко и Подковкин. - Так оставайтесь тут зимовать.
- И рад бы, да ведь тут снег, холод. Все червячки и гусеницы попрячутся. Я вам удивляюсь: что вы едите тут зимой?
- А очень просто, - ответил Подковкин. - Видишь, сколько зеленей посеяли для нас колхозники? На сто зим хватит нам еды.
- Да ведь зеленя скоро покроет снег!
Это откликались разлетевшиеся во все стороны молодые куропатки.
Через минуту Жаворонок был среди них, и Подковкин рассказывал ему, как Оранжевое Горлышко обманула Охотника.
- Говорил я тебе, что умней Оранжевого Горлышка нигде курочки не сыщешь! Ведь что придумала! Выходит Охотник из дому, а она уж знает.
- Как же она может это знать? - спросил Жаворонок. - Ведь из кустов не видно.
- А очень просто: когда Охотник выходит на охоту, его Рыжий Пёс лает?
- Сигнал-то? Верно, лает!
- Да как ещё громко! Вот Оранжевое Горлышко услыхала и, ни слова не говоря, марш-марш за реку! Мы, конечно, все за ней.
- Через реку? Вот это ловко!
- Ищет, ищет нас Рыжий Пёс на этой стороне: следы наши чует, - а нас нет! Ну, Охотник, тот хитрей, скоро догадался, где мы спрятались. Достал лодку, переехал на этот берег.
- Понимаю, понимаю! - обрадовался Жаворонок. - Он туда, а вы сюда; он сюда, а вы туда! Он ездил, ездил, да и говорит: "Измучили совсем! Лучше я за другими куропатками пойду, которые не такие хитрые".
- Ну да, - сказал Подковкин. - Ему на лодке долго переезжать, а мы порх! - и на том берегу.
Солнце уже зашло, а друзья ещё долго не могли расстаться: всё радовались, как ловко Оранжевое Горлышко сумела провести Охотника.
Как Жаворонок простился с друзьями
и о чём он пел, покидая родину
Давно вспахали трактористы пустые поля, и колхозники опять посеяли рожь и пшеницу.
Высоко в небе, то собираясь углом, то растягиваясь вожжой, летели стаи диких гусей.
Поля опустели. Взрыхлённые мокрые пашни чернели там, где летом шумела высокая рожь.
Но там, где не было ржи, уже взошли и весело блестели шёлковые зеленя.
Всё многочисленное семейство Подковкиных кормилось теперь сладкой травкой зеленей. Ночевали Подковкины в кустах.
Ветродуи-листодёры срывали последние листья с кустов и деревьев.
Настала пора Жаворонку улетать в далёкие тёплые страны. И он отыскал Подковкиных в зеленях, чтобы проститься с ними.
Целое стадо, целое Большое Стадо полевых петушков и курочек с весёлым криком окружило его. В стаде было сто или, может быть, тысяча куропаток. Не сразу отыскал Жаворонок среди них Оранжевое Горлышко и Подковкина: все молодые куропаточки стали уже ростом с родителей, все были нарядно одеты. У всех на груди были подковки вкусного шоколадного цвета. У всех щёки и горлышки стали оранжевые, бровки красные, грудки голубые, хвостики рыжие. И только приглядевшись, Жаворонок рассмотрел, что у молодых куропаточек ножки зеленоватые, а у взрослых - желтоватые.
- Что я тебе говорил! - закричал Подковкин, подбегая к Жаворонку. - Вот собирается Большое Стадо, и кто же в нём старшая курочка? Конечно, Оранжевое Горлышко!
Но Оранжевое Горлышко сейчас же перебила его.
Она спросила:
- Вы улетаете от нас в далёкие края? Ах, как там, верно, красиво, как тепло, хорошо!
Жаворонок грустно покачал головой:
- Не очень-то хорошо. Тепло там, это верно. Но никто из нас, певчих перелётных, не вздумает там петь, никто там не завьёт гнёздышка, не выведет птенчиков. И страшно там!
- Почему же страшно? - удивилась Оранжевое Горлышко.
- Там, в тех чужих краях, даже нас, жаворонков, считают дичью. Там охотятся за нами с собаками и ружьями. Там ловят нас сетями. Там жарят нас на сковородках, - много-много надо жаворонков на одну сковородку. Нас жарят на сковородках и едят!
- Ах, какой ужас! - в одно слово вскрикнули Оранжевое Горлышко и Подковкин. - Так оставайтесь тут зимовать.
- И рад бы, да ведь тут снег, холод. Все червячки и гусеницы попрячутся. Я вам удивляюсь: что вы едите тут зимой?
- А очень просто, - ответил Подковкин. - Видишь, сколько зеленей посеяли для нас колхозники? На сто зим хватит нам еды.
- Да ведь зеленя скоро покроет снег!