Александр Дюма. Три мушкетера. Стр. 264
Гримо повиновался.
Единственное, что выиграл Гримо этой минутной пантомимой, — это то, что из арьергарда он перешел в авангард.
Взобравшись на бастион, четыре друга обернулись.
Более трехсот солдат всех видов оружия столпилось у заставы лагеря, а чуть поодаль от всех остальных можно было различить г-на де Бюзиньи, драгуна, швейцарца и четвертого участника пари.
Атос снял шляпу, насадил ее на острие шпаги и помахал ею в воздухе.
Зрители ответили на его приветствие поклонами, сопровождая это изъявление вежливости громкими возгласами «ура», долетевшими до наших смельчаков.
После этого все четверо скрылись в бастионе, куда уже успел юркнуть Гримо.
Глава 17. СОВЕТ МУШКЕТЕРОВ
Все оказалось так, как предвидел Атос: на бастионе никого не было, кроме человек двенадцати убитых французов и ларошельцев.
— Господа, — сказал Атос, принявший на себя командование экспедицией, — пока Гримо будет накрывать на стол, мы начнем с того, что подберем ружья и патроны. К тому же, собирая их, мы можем разговаривать без всякой помехи: эти господа, — прибавил он, указывая на убитых, — нас не услышат.
— А не лучше ли сбросить их в ров? — предложил Портос. — Но, конечно, не раньше, чем мы удостоверимся, что в карманах у них пусто.
— Да, — проронил Атос, — это уже дело Гримо.
— Так пусть Гримо их обыщет и перебросит через стены, — сказал д'Артаньян.
— Ни в коем случае, — возразил Атос. — Они могут нам пригодиться.
— Эти мертвецы могут нам пригодиться? — удивился Портос. — Да ты с ума сходишь, любезный друг!
— «Не судите опрометчиво», говорят Евангелие и господин кардинал, — ответил Атос. — Сколько ружей, господа?
— Двенадцать, — ответил Арамис.
— Сколько выстрелов в запасе?
— Около сотни.
— Это все, что нам нужно. Зарядим ружья!
Четыре друга принялись за дело.
Они кончили заряжать последнее ружье, когда Гримо знаками доложил, что завтрак подан.
Атос ответил одобрительным жестом и указал ему на сторожевую башенку, где, как понял Гримо, он должен был нести караул.
А чтобы Гримо было не так скучно стоять на посту, Атос разрешил ему прихватить хлебец, две котлеты и бутылку вина.
— Теперь сядем за стол! — пригласил Атос.
Четыре друга уселись на землю, скрестив ноги, как турки или портные.
— Ну, теперь, когда больше нечего бояться, что тебя подслушают, — сказал д'Артаньян, — надеюсь, ты поведаешь нам свою тайну.
— Я полагаю, господа, что доставлю вам и удовольствие и славу, — начал Атос. — Я заставил вас совершить очаровательную прогулку. Вот вам вкусный завтрак, а вон там, как вы сами можете разглядеть через бойницы, пятьсот человек зрителей, которые считают нас безумцами или героями, два разряда глупцов, очень похожих друг на друга.
— Ну а тайна? — спросил д'Артаньян.
— Тайна моя заключается в том, — ответил Атос, — что вчера вечером я видел миледи.
Д'Артаньян в этот миг подносил стакан ко рту, но при упоминании о миледи рука у него так сильно задрожала, что он принужден был поставить стакан на землю, чтобы не расплескать вино.
— Ты видел твою…
— Тсс! — перебил Атос. — Вы забываете, любезный друг, что эти господа не посвящены, подобно вам, в мои семейные дела. Итак, я видел миледи.
— А где? — спросил д'Артаньян.
— Примерно в двух лье отсюда, в гостинице «Красная голубятня».
— В таком случае, — я погиб, — произнес д'Артаньян.